Прокопий Кесарийский

       Библиотека портала ХРОНОС: всемирная история в интернете

       РУМЯНЦЕВСКИЙ МУЗЕЙ

> ПОРТАЛ RUMMUSEUM.RU > БИБЛИОТЕКА ХРОНОСА > КНИЖНЫЙ КАТАЛОГ П >


Прокопий Кесарийский

553-650 гг.

БИБЛИОТЕКА ХРОНОСА


БИБЛИОТЕКА
А: Айзатуллин, Аксаков, Алданов...
Б: Бажанов, Базарный, Базили...
В: Васильев, Введенский, Вернадский...
Г: Гавриил, Галактионова, Ганин, Гапон...
Д: Давыдов, Дан, Данилевский, Дебольский...
Е, Ё: Елизарова, Ермолов, Ермушин...
Ж: Жид, Жуков, Журавель...
З: Зазубрин, Зензинов, Земсков...
И: Иванов, Иванов-Разумник, Иванюк, Ильин...
К: Карамзин, Кара-Мурза, Караулов...
Л: Лев Диакон, Левицкий, Ленин...
М: Мавродин, Майорова, Макаров...
Н: Нагорный Карабах..., Назимова, Несмелов, Нестор...
О: Оболенский, Овсянников, Ортега-и-Гассет, Оруэлл...
П: Павлов, Панова, Пахомкина...
Р: Радек, Рассел, Рассоха...
С: Савельев, Савинков, Сахаров, Север...
Т: Тарасов, Тарнава, Тартаковский, Татищев...
У: Уваров, Усманов, Успенский, Устрялов, Уткин...
Ф: Федоров, Фейхтвангер, Финкер, Флоренский...
Х: Хилльгрубер, Хлобустов, Хрущев...
Ц: Царегородцев, Церетели, Цеткин, Цундел...
Ч: Чемберлен, Чернов, Чижов...
Ш, Щ: Шамбаров, Шаповлов, Швед...
Э: Энгельс...
Ю: Юнгер, Юсупов...
Я: Яковлев, Якуб, Яременко...

Родственные проекты:
ХРОНОС
ФОРУМ
ИЗМЫ
ДО 1917 ГОДА
РУССКОЕ ПОЛЕ
ДОКУМЕНТЫ XX ВЕКА
ПОНЯТИЯ И КАТЕГОРИИ
Реклама:

Прокопий Кесарийский

Война с готами

КНИГА VIII

(книга IV  Войны с готами)

14. Археополь лежит на очень обрывистом холме; мимо этого города течет река, сбегающая с гор, которые нависают над городом. Нижние ворота его, дорога из которых ведет вниз по склону к подножию холма, не являются вполне недоступными, но дорога, ведущая к ним с равнины, на подъеме является неровной. Верхние же ворота, выходящие на обрыв, являются совершенно недоступными. Местность перед этими воротами покрыта густой зарослью, которая простирается на большое пространство. Так как живущим в этом городе неоткуда получать воду, кроме как из реки, то те, которые основали здесь город, провели две стены до самой реки, чтобы им было возможно безопасно отсюда черпать воду. Мермероес именно тут и решил всеми силами штурмовать стену и упорно проводил следующим образом намеченный им план. Прежде всего он велел сабирам делать много стенобитных машин, которые можно было бы людям носить на плечах; обычные машины он никоим образом не мог пододвинуть к укреплениям Археополя, так как они были расположены на подъеме горы. Он слыхал, какие машины были сделаны союзными с римлянами сабирами около стены Петры немного раньше, и, подражая тому, что ими было там изобретено, он из этого опыта хотел извлечь для себя пользу. Они стали делать то, что он им приказал, и скоро сделали много стенобитных орудии, таких же, какие сделали для римлян недавно, как я рассказывал, союзные с ними сабиры. Затем к той части города, которая стоит на отвесных скалах, он послал так называемых доломитов 5), поручив им всеми силами стараться беспокоить находящихся на этой стороне неприятелей. Эти доломиты-варвары, живущие среди персов, никогда не были подданными персидского царя. Поселившись в горах, отвесных и совершенно недоступных, с древних времен вплоть до наших дней они оставались независимыми; и только соблазненные платой, они пошли с персами, когда те отправились в поход против своих врагов. Все они пехотинцы, у каждого меч и щит, и в руках три дротика. [59]

Они умеют очень хорошо и быстро лазить по стремнинам и по вершинам гор, как будто они бегают по гладкой равнине. Поэтому Мермероес поручил им штурмовать стены в этом месте, сам же он со всем остальным войском, со стенобитными орудиями и со слонами двинулся к нижним воротам города. И вот персы и сабиры, пуская в стоящих на стенах тучу стрел и копий, которыми они, можно сказать, закрыли здесь небо, почти добились того, что под их напором римляне готовы были оставить верх укреплений. Со своей стороны и доломиты, бросая свои дротики со скал, находившихся вне укреплений, еще в большой степени, чем первые, причиняли врагам затруднения. Со всех сторон дела римлян были плохи, везде грозили им опасности и они испытывали самые тяжелые бедствия.

Тогда Одонах и Баба, желая или показать личную храбрость, или испытать воинов, или под влиянием какого-то божественного наития, оставили наверху укреплений только очень немногих воинов, которым они велели отражать от стен штурмующих, всю остальную массу созвали к себе и обратились к ним с кратким поощрительным словом, сказав так: «Товарищи воины! Вы видите наше теперешнее опасное положение, в какой нужде мы находимся. Но нам менее всего следует поддаваться малодушию перед этими бедами. Людям, которые отчаялись в спасении, есть одна только возможность спастись- не надеяться ни на какое спасение; ведь тех, кто чересчур любит жизнь, по большей части неизменно постигает гибель. В наших трудных обстоятельствах нам нужно принять во внимание следующее: пока мы защищаемся от врагов здесь, за укреплениями этих стен, как бы мы смело ни сражались, дело нашего спасения не на очень твердом основании. Битва, в которую мы вступаем издалека, ни у кого не оставляет возможности проявить свою личную храбрость и по большей части находится во власти случая. Всякий же раз, когда происходит рукопашный бой, результат его зависит от воодушевления, а вместе с храбростью является [60] и победа. Помимо этого, воины, достигшие успеха в столкновении, когда им приходилось сражаться за укреплениями, можно считать достигали не очень большого успеха так как в данный момент, правда, им удавалось отразить от себя врагов, но на другой день опасность появлялась снова с той же силой и через короткое время, потерпев поражение, они погибают, что и естественно, со всеми своими укреплениями. Те же, кто победил врагов в рукопашном бою, на все остальное время избавившись от опасности, будут пользоваться полной безопасностью. Подумав об этом, пойдемте же на врагов со всей решимостью, полагаясь на высшую помощь, питая благоприятные надежды именно вследствие выпавшего нам теперь отчаянного положения. Бог по большей части спасает тех, которые уже совсем не имеют надежды на спасение своими собственными силами».

С такими словами увещания Одонах и Баба обратились к своим воинам. Затем они открыли ворота и бегом вывели свое войско, оставив внутри города немногих по следующей причине. Накануне один из лазов, очень знатный в этом племени и обитавший в Археополе, завел переговоры с Мермероесом относительно предательства своей родины. Мермероес сказал ему, что ничем другим он не доставит персам большего удовольствия, как если во время штурма стен он тайно подожжет помещения, где был сложен хлеб и другой провиант. Он поручил ему это, считая, что произойдет одно из двух: или римляне, обратив все свое внимание на тушение пожара и занятые им, дадут персам возможность перейти стены, или же, сражаясь на стенах, желая отразить персов, они оставят без внимания эти горящие здания; и если таким образом сгорит хлеб и другие запасы, то они, персы, без большого труда в короткое время возьмут Археополь осадой. С этой-то целью и поручил Мермероес данное дело этому лазу; он согласился и обещал, что точно выполнит поручение, когда увидит, что штурм достиг полной силы, и, как только сможет, незаметно подложит огонь под эти здания. [61]

Когда римляне внезапно увидали, что поднимается пламя, то небольшое число их бросилось туда на помощь и с великим трудом потушили огонь, уже причинивший сильный вред, все же остальные, как сказано, двинулись на врагов. Напав на них внезапно, сверх всякого ожидания, они привели их в ужас и многих убили: персы не осмеливались ни защищаться, ни сами напасть на них. Зная, что врагов очень мало, персы совершенно не думали, что они могут напасть на них, и шли на приступ разрозненными отрядами и без всякого порядка. Одни из них, неся на плечах тараны, не были вооружены и не были готовы к бою, что и естественно, другие же, держа в руках натянутые луки, не имели никакой возможности отразить неприятелей, наступающих густыми рядами. Таким образом, римляне и направо и налево сеяли между ними смерть. К тому же один из слонов, раненый, как говорят одни, или сам по себе пришедший в беспокойство, повернул назад, не слушая приказов, стал строптивым, сбросил с себя тех, кто на нем сидел, и ворвался в строй других слонов. Варвары бросились от него бежать, а римляне с тем большим бесстрашием преследовали их по пятам и избивали. И тут по справедливости можно удивляться, что римляне, зная, как можно отразить нападение врагов, пользующихся слонами, ничего не сделали из того, что должны были сделать, охваченные вполне понятным волнением при таких обстоятельствах, но в данном случае это само собой послужило им на пользу. Что это такое, я сейчас расскажу.

Когда Хозров и войско персов штурмовали стены Эдессы, то один слон, на которого сел большой отряд самых воинственных персов, представляя собой своего рода военную машину- «градорушительницу», был подведен к стене. Казалось вполне вероятным, что, одолев при его помощи тех, которые защищались с башни, и поражая их частыми ударами в голову, персы скоро возьмут город. Но римляне избегли этой опасности, повесив на башне поросенка. Повешенный [62] за ногу (Конъектура calon Скалигер: «на веревке».) поросенок естественно стал неистово визжать; приведенный этим в ярость слон перестал слушаться и вскоре стал отступать и ушел назад. Вот что случилось там. А здесь сама судьба выполнила то, что было упущено вследствие небрежности римлян. Раз я уже упоминал об Эдессе, не могу не рассказать о чуде, случившемся там перед этой войной. Когда Хозров решил нарушить так называемый вечный мир, одна женщина родила в этом городе ребенка с двумя головами; во всем же остальном он был вполне нормальным. Значение этого стало ясно из последующего: как сам город Эдесса, так и почти все восточные страны и северные части Римской империи стали ареной борьбы двух властителей. Вот что случилось там. Теперь я возвращусь к своему рассказу.

Когда таким образом на мидийское войско напала паника, то стоявшие у них в тылу, видя нестройное бегство находящихся впереди, не зная в чем дело, испугались и сами обратились в беспорядочное бегство. Такой же страх напал и на доломитов: сражаясь с возвышенностей, они все это видели и позорно бежали. Обратив всех в бегство, римляне одержали здесь блестящую победу. Варваров было убито до четырех тысяч, в том числе трое начальников: римляне захватили четыре персидских знамени, которые они тотчас же отправили в Византию к императору. Говорят, что у персов погибло здесь не меньше двадцати тысяч лошадей; они не были убиты или ранены врагами, но им пришлось пройти длинный путь, вследствие которого они очень устали, а когда они оказались в Лазике, то из-за недостатка корма, получали его очень мало; таким образом, страдая от голода, они ослабели и в большом количестве погибали.

Потерпев неудачу в этой попытке, Мермероес со всем войском удалился в Мохерезис, так как, даже понеся неудачу под Археополем, персы все же владели большей частью остальной Лазики. Мохерезис отстоит от Археополя на один день пути. В этой области много многолюдных поселков. Из [63] всех земель Колхиды это самая лучшая. Тут выделывается вино и растет много хороших плодов, чего нет нигде в остальной Лазике. По этой стране протекает река по имени Рион; в древности колхи построили здесь укрепление, большую часть которого впоследствии они сами разрушили до основания, так как оно было расположено на равнине и, по их мнению, давало легкий доступ и возможность его завоевать. На греческом языке в то время это укрепление называлось Котиаион, теперь же лазы называют его Кутаисом, изменяя произношение букв в этом имени вследствие незнания греческого языка. Так передал это Аргиан в своей истории 6). Другие же говорят, что в древности в этих местах был городок и назывался он Койтайос. Отсюда происходил и двинулся походом Ээт, и вследствие этого поэты называют его самого Койтайеем, а колхидскую землю Койтаидой. Мермероес со всей энергией решил тогда вновь построить это укрепление, а так как у него для этого ничего не было приготовлено, а кроме того, приближалась уже зима, то он возможно поспешнее заменил деревянными сооружениями обвалившиеся части укрепления и остался там. Очень близко от Кутаиса находится весьма сильное укрепление, называвшееся Уфимерей; его охраняли своим гарнизоном лазы со всей тщательностью. В этой охране вместе с ними принимали участие и римские воины, правда очень немногочисленные. Итак, здесь сидел в лагере со всем своим войском Мермероес, занимая лучшие места Колхиды и мешая неприятелям доставлять провиант в укрепление Уфимерей или пойти в область, так называемую Сванетию или Скимнию, хотя она была им подчиненной. Обычно если враги занимают Мохерезис, то для римлян и лазов отрезан путь в этой местности. Таковы были тогда военные дела в стране лазов.

Примечания

5 Некоторые рукописи дают чтение olomhtaV,- «хитрые-коварные». Древние Коссеи?

6 Этого нет в книгах Страбона.

Прокопий Кесарийский. Война с готами. // Прокопий Кесарийский. О постройках. М. Арктос. 1996. Электронная версия книги перепечатывается с сайта http://www.vostlit.info/


Далее читайте:

Прокопий Кесарийский (Рrоkopios) (507-562), византийский писатель.

Готы (справочная статья)

 

 

БИБЛИОТЕКА ХРОНОСА

Редактор Вячеслав Румянцев

При цитировании всегда ставьте ссылку