Александр Франгуланди

       Библиотека портала ХРОНОС: всемирная история в интернете

       РУМЯНЦЕВСКИЙ МУЗЕЙ

> ПОРТАЛ RUMMUSEUM.RU > БИБЛИОТЕКА ХРОНОСА > КНИЖНЫЙ КАТАЛОГ Ф >


Александр Франгуланди

1991 г.

БИБЛИОТЕКА ХРОНОСА


БИБЛИОТЕКА
А: Айзатуллин, Аксаков, Алданов...
Б: Бажанов, Базарный, Базили...
В: Васильев, Введенский, Вернадский...
Г: Гавриил, Галактионова, Ганин, Гапон...
Д: Давыдов, Дан, Данилевский, Дебольский...
Е, Ё: Елизарова, Ермолов, Ермушин...
Ж: Жид, Жуков, Журавель...
З: Зазубрин, Зензинов, Земсков...
И: Иванов, Иванов-Разумник, Иванюк, Ильин...
К: Карамзин, Кара-Мурза, Караулов...
Л: Лев Диакон, Левицкий, Ленин...
М: Мавродин, Майорова, Макаров...
Н: Нагорный Карабах..., Назимова, Несмелов, Нестор...
О: Оболенский, Овсянников, Ортега-и-Гассет, Оруэлл...
П: Павлов, Панова, Пахомкина...
Р: Радек, Рассел, Рассоха...
С: Савельев, Савинков, Сахаров, Север...
Т: Тарасов, Тарнава, Тартаковский, Татищев...
У: Уваров, Усманов, Успенский, Устрялов, Уткин...
Ф: Федоров, Фейхтвангер, Финкер, Флоренский...
Х: Хилльгрубер, Хлобустов, Хрущев...
Ц: Царегородцев, Церетели, Цеткин, Цундел...
Ч: Чемберлен, Чернов, Чижов...
Ш, Щ: Шамбаров, Шаповлов, Швед...
Э: Энгельс...
Ю: Юнгер, Юсупов...
Я: Яковлев, Якуб, Яременко...

Родственные проекты:
ХРОНОС
ФОРУМ
ИЗМЫ
ДО 1917 ГОДА
РУССКОЕ ПОЛЕ
ДОКУМЕНТЫ XX ВЕКА
ПОНЯТИЯ И КАТЕГОРИИ
Реклама:

Александр Франгуланди

Греки-понтийцы: дорога длиной в 2,5 тысячи лет

Раздел 6. ИСТОРИЧЕСКИЕ СВИДЕТЕЛЬСТВА О ГРЕКАХ В КОЛХИДЕ

Глава 1. Диоскуриада

1. Греческое время

В этой же книге впервые Страбон описывает и Диоскуриаду (Кн.XI, гл. II, 14-19): "Сначала побережье (Черного моря - АВТ.)... тянется на восток и обращено к югу, но от Батов оно понемногу делает поворот и затем обращается к западу, оканчиваясь у Питиунта и Диоскуриады... За Диоскуриадой следуют остальное побережье Колхиды и прилегающее к ней после значительного изгиба побережье Трапезунда...

...Эта же Диоскуриада является началом перешейка между Каспийским морем и Понтом и общим торговым центром для жителей, живущих выше, и соседних народностей. Во всяком случае, в этот город собирается семьдесят народностей (согласно другим, которые вовсе не заботятся о действительности, даже 300). Все они говорят на разных языках, так как живут врозь и замкнуто в силу своей гордости и дикости. Большинство их - это сарматы, но все они кавказцы. Таковы мои сведения о Диоскуриаде".

"Что касается остальной Колхиды, то большая часть ее расположена на море. Через Колхиду протекает Фасис - большая река, берущая начало в Армении... Фасис судоходен до Сарапан - крепости, в которой может поместиться население целого города. Отсюда сухим путем по проезжей дороге доходят до Кира (т.е. реки Куры - АВТ.) в четыре дня. На реке Фасис лежит одноименный город - торговый центр колхов... Страна замечательна не только своими плодами, но и всем необходимым для кораблестроения. Она производит много леса и справляет его по рекам. Жители выделывают много льняного полотна, пеньки, добывают воск и смолу. Льняные ткани местного производства пользуются даже широкой известностью... В стране мосхов над вышеупомянутыми реками (Фасисом, Главком и Гиппом - АВТ.) находятся основанное Фриксом святилище Левкофеи и оракул Фрикса (по греческим мифам Фрикс, предводитель греческой дружины, побывал в Колхиде еще раньше Ясона - АВТ.)... Страна мосхов, в которой находится святилище, делится на три части: одна часть - под властью колхов, другая - иберийцев, а третьей владеют армяне. В Иберии есть также городок (городок Фрикса) - современная Идесса, хорошо укрепленный пункт на границе Колхиды. Около Диоскуриады протекает река Харес".

"К числу народностей, которые сходятся в Диоскуриаду, принадлежат и фтирофаги ("вшееды" - АВТ.), получившие это имя от своей нечистоплотности и грязи. Поблизости живут и соаны, которые ничуть не уступают им в смысле неопрятности, но превосходят могуществом, и, быть может, они почти что самые воинственные и сильные из всех. Во всяком случае, они господствуют над всеми народностями вокруг них, занимая вершины Кавказа, возвышающиеся над Диоскуриадой... В их стране, как передают, горные потоки приносят золото, и варвары ловят его решетами и косматыми шкурами. Отсюда, говорят, и возник миф о золотом руне... Прочие народности, живущие около Кавказа, занимают скудные и незначительные пространства земли; напротив, албанские (имеется ввиду кавказские албанцы - АВТ.) и иберийские племена, которые занимают большую часть вышеупомянутого перешейка, можно, пожалуй, также назвать кавказскими племенами. Они владеют плодородной землей и могут развить хорошее хозяйство".

Отождествление соанов и фтирофагов с известными позже народами наталкивается на трудности. С одной стороны, судя по месторасположению, эти племена относятся к абхазским, так как и исторически и археологически другие племена вокруг Диоскуриады не зафиксированы. Но названия и некоторые более поздние данные указывают на то, что возможно, соаны - это сваны, а фтирофаги - мегрелы. И те, и другие относятся к картвельским племенам и по всем данным располагались южнее реки Ингури в горах, т.е. довольно далеко от Диоскуриады.

Интересно упоминание Страбона о том, что "все они (окрестные жители диоскуриады - Авт.) сарматы". Хотя, вероятно, по языку и антропологически большинство жители Кавказа не были сарматами, в сведениях Страбона нашел отражение тот факт, что почти все народы Кавказа долгое время находились под господством и сильным культурным влиянием скифо-сарматов. Было ли во времена Страбона это влияние значительным, или здесь Страбон излагает факты прошедшего времени, сказать трудно.

Упоминание Страбона о 70 языках тоже, по-видимому, не является большим преувеличением, потому что до сих пор разнообразие языков народов, населяющих местности по обе стороны Большого кавказского хребта, поражает воображение. Думается, в древности оно было еще значительнее.

Что мы знаем о Диоскуриаде сегодня? Довольно мало, потому что раскопки этого города производились лишь эпизодически и в весьма скромных размерах. Систематические археологические раскопки города затруднены, ибо в настоящее время часть древней территории Диоскуриады, по-видимому, поглощена морем, а другая занята современным постройками. Подробная сводка имеющихся сведений о Диоскуриаде и последующих городах, существовавших на ее месте, содержатся в [52] Перечисляя наиболее проверенные данные, мы будем опираться на эту книгу.

Диоскуриада, как и ее потомок - современный г. Сухум, располагалась на берегах довольно обширной Сухумской бухты (см. рис.; взят из [52]). С запада ее прикрывает Сухумский мыс, сложенный наносами реки Гумисты. В бухту впадает несколько небольших речек - более полноводных в древности и обмелевших в настоящее время. Беслетка (абх. Басла, Баслата), Келасури (предположительно от греч. "Клисура" - "ущелье"), Сухумка. С юга ее замыкает кодорский мыс, образованный наносами р. Кодор - крупнейшей реки Абхазии (по упоминаниям древних, римские и византийские суда могли подниматься по ней почти до крепости Цибилиум, совр. Цебельда, расположенной высоко в горах; теперь это трудно сделать даже на небольшой лодке). Берега сухумской бухты между этими мысами представляют собой небольшую низменность в 1 - 2 км шириной на север и восток от моря, где ограничены горами.

На запад вдоль берега простирается примерно на 10 км до местности, называемой Нижняя Эшера (по односменному поселку). Говоря о локализации города, мы должны помнить, что древние города часто достигали поры расцвета не на том месте, где были основаны. Более того, иногда город переносили и начинали строить заново. Поэтому привязка древних городов должна производиться не только географически, но и во времени.

Археологические находки V-I вв. до н.э. указывает на то, что в это время город был локализован в районе западнее реки Беслетки полосой вдоль берега шириной 200-500 м, длиной 1-1,5 км, примерно до конца Сухумской крепости. Существующие ныне остатки крепости почти целиком принадлежат времени турецкого господства. Но они скрывают под собой остатки византийской и, возможно, более ранней эллинистической крепостей. С учетом того, что по мнение большинства исследователей море за прошедшие тысячелетия поглотило около 100 м берега, следует считать, что ширина города на 50-100 м больше той, что очерчена археологическими находками.

Древнегреческие источники рассказывают о том, что Диоскуриада находилась в земле гениохов. Аристотель упоминает, что расположенный гораздо южней (в районе нынешнего Поти) древнегреческий полис Фасис располагался в том же этническом окружении. Топонимы, связанные с гениохами, были широко распространены в античную эпоху по Западному Кавказу от нынешнего сочинского района до верховьев Куры и Аракса. Сопоставляя ряд топонимических, лингвистических, литературных, археологических данных, приходится сделать вывод, что вплоть до VI-V вв. до н.э. побережье Черного моря было насыщено хаттским этническим элементом. Дальнейшая ассимиляция хаттов (касков, гениохов, апешлейцев?) западно-грузинскими племенами привели к исчезновению этого этноса на юге. Процесс ассимиляции продолжается и в современную эпоху. Например, некогда населенный абхазами Гальский район Абхазии (Самурзакань) за последние 100 лет почти полностью "омегрелился". Известно, что в ассимиляции того времени большую роль здесь сыграло не насилие: постепенное просачивание мегрелов на эту территорию привело к отмиранию абхазского языка (возможно, в этом сыграла роль его сложность по сравнению с мегрельским), увеличению частоты смешанных браков. Здесь очень велико число фамилий, бывших некогда абхазскими. Аналогичное явление сейчас обнаруживается и в другом южном районе - Очамчирском, меньше - в других районах Абхазии.

В вопросах идентификации и распространения гениохов, как этноса хаттского языкового семейства мы сталкиваемся с бурным и резким сопротивлением "внутренних" историков Грузии. К сожалению, при этом полностью игнорируется профессиональный подход, выработанный поколениями историков на протяжении вот уже 150 лет. Рассуждения "внутренних историков" застыли на уровне 200-300 летней давности, когда доказательствами служили народная этимология, мифы и былины.

В данном случае, игнорируя все реалистичные литературные источники и, более того, очевидные данные археологии, "внутренние" историки исходят из мифа о "Золотом руне" и безапелляционно утверждают, что еще в VII в. до н.э. вся Колхида была населена западно-картвельскими племенами, объединенными под эгидой "Колхского царства". Для такого утверждения оказалось достаточным упоминание в мифе о "Золотом руне" о басилевсе Аэте и его царстве ("басилии"), хотя известно, что древние греки называли так и царя Персии, и любого племенного вождя, каким, очевидно, и был Аэт (точнее, его прототип).

Раскопки показывают, что население Колхиды находилось в то время на стадии общинно-родового строя и только начинало переходить к племенному делению с выделением вождей и жрецов. Приход греков сюда резко подтолкнул развитие цивилизации в этих местах, ибо греческое культурное влияние проникло далеко за пределы экономической зоны греческих городов-государств. Древнегреческая расписная посуда того времени обнаружена по обе стороны от Главного Кавказского хребта. Раскопки поселений аборигенов обнаружили все возрастающее с VI в. до н.э. культурное влияние со стороны греков, которое, в общем, можно назвать эллиннизацией.

Образцы продукции греческих и местных мастеров разного времени можно видеть в книге [52] и в других источниках.

Время расцвета Диоскуриады приходится на вторую половину IV-III вв. до н.э. Судя по имеющимся данным, город расширялся в то время как вглубь материка, так и вдоль берега. Сельскохозяйственная территория полиса, т.е. собственно границы государства Диоскуриада, охватывали пространство от современного пос. Новый Афон до пос. Гульрипш (рис. 10), т.е. примерно 30 км вдоль берега, и 3-5 км вглубь территории (принято и центральный город и сам полис называть одним именем; например, под Афинами или Спартой понимали как собственно города, так и государства, границы которых были значительно шире границ города). Описание находок, занимающих в книге [52] много страниц, мы опустим, приведя только фотографию характерной древнегреческой стелы (см. рис.).

Суммируя результаты археологических исследований можно сказать, что Диоскуриада в пору своего расцвета, т.е. на протяжении примерно 200-250 лет представляла собой традиционный полис, город-государство, как мы его видим в собственно Греции и в других местах (Афины, Спарта, Фивы, Херсонес, Пантикапей, Трапезунт и пр.). Греки здесь производили многочисленные ремесленные изделия, занимались выращиванием скота, сеяли зерно, делали вино, торговали как с другими древнегреческими городами (в частности, с Афинами, Пергамом, Хиосом, Косом, Фасисом, Синопой и мн. др.), так и с местными племенами. Для нужд торговли в Диоскуриаде чеканилась собственная монета.

Если до II в. до н.э. Диоскуриада упоминалась в источниках разве только как крайняя восточная точка распространения греческого мира, то с этого времени Диоскуриада начала играть некоторую, пусть незначительную, но все же роль в политической жизни древнего мира. II в. до н.э. - это начало экспансии Рима, захвата новых территорий и, прежде всего, территорий эллинистических государств на востоке. Здесь, на Черном море и в Малой Азии ему пытается противостоять Понтийское царство (об истории которого мы рассказывали в соответствующем разделе). Понтийский царь Митридат VI Евпатор, претендующий на гегемонию в этом районе, собирает силы, чтобы отразить Рим. По-видимому, с этой целью он становится покровителем древнегреческих государств на побережью Черного моря. О его помощи крымским государствам мы уже говорили. Примерно в то же время, в конце II в. до н.э., возникает угроза разрушения Диоскуриады и др. городов Восточного Причерноморья. Возможно, здесь тоже не обошлось без скифского давления, но, скорое всего, имела место активизация местных племен. Согласно источникам, Митридату пришлось "войной подчинить Колхиду". По-видимому, древнегреческие государства, в том числе и Диоскуриада, здесь также поддержали Митридата. Существуют и данные, по которым Диоскуриада (возможно, в благодарность за помощь Митридату) получила автономию и право чеканки монет с митридатовыми символами.

Но сообщению Страбона (XI, 2, 18) в начальный период господства Понта в Колхиде (до 80-х годов I в. до н.э.) здесь правил наместник Митридата. Судя по возросшей роли Диоскуриады в это время, возможно, наместник располагался именно в Диоскуриаде. Но военные расходы Митридата возрастали в связи с подготовкой к войне с Римом. Наблюдающийся некоторый упадок городов Колхиды в это время свидетельствует о жесткой налоговой политике Митридата. Следствием этого, по-видимому, стало антимитридатовское восстание в Колхиде, происшедшее примерно в конце первой войны с Римом (около 85 г. до н.э.). Силой и дипломатией Митридату удалось усмирить Колхиду, и она являлась впоследствии главной его опорой, особенно при ведении морских войн.

Как мы говорили, война с Римом окончилась поражением Митридата. В 71 г. до н.э. пала столица Понта Амис, а в 70 г. - Синопа. Клеохар - наместник Митридата в Синопе - успел вывезти сокровища Митридата в Колхиду, возможно даже именно в Диоскуриаду, поскольку позже сам Митридат, отступая со своим трехтысячным отрядом, остановился именно в Диоскуриаде, где провел зиму 66-65 гг. до н.э.

В результате поражения Митридата все древнегреческие государства Черного моря подпали под власть Рима. В период правления римского наместника Аристарха Колхидского (63-48 гг. до н.э.) Диоскуриада сохраняла свое значение крупного торгового центра. Но с конца I в. до н.э. наблюдается резкое сокращение сельскохозяйственной округи. Существуют серьезные основания подозревать, что в это время начался период варваризации Диоскуриады в связи с переселением сюда аборигенного населения. Имеются свидетельства нападения окрестных племен на греческие поселения (например, на эшерское городище), взятые и разрушенные силой. Подверглась ли такому нападению Диоскуриада, мы не знаем.

 

2. Римское владычество. Себастополис

После поражения Митридата еще некоторое время власть римлян здесь колебалась. Но в 49 г. до н.э. Цезарь нанес решительное поражение сыну Митридата Фарнаку. Колхиду по указанию Цезаря привел к покорности Митридат Пергамский, а спустя 10 лет римляне возродили Понтийское царство во главе со своим ставленником, Полемоном I. Колхида вошла в его состав около 14 г до н.э. и находилась в таком положении до 63 г. н.э.

Видимо, вскоре после подчинения Колхиды римлянами город Диоскуриада был переименован ими в Себастополис. Предположительно это произошло в 20-х годах I в. н.э., поскольку именно в это время многие колонии были переименованы однотипно в честь нового титула императора Рима Августа-Себаста ("великого" или "священного"). В связи с чем Диоскуриада удостоилась такой почести, не известно.

После установления владычества римлян в Колхиде появляются римские гарнизоны. В Сухуме раскопаны остатки римских укреплений третьей четверти I в. н.э. Но вполне вероятно, что римский гарнизон появился здесь значительно раньше и пользовался укреплениями Диоскуриады, располагавшимися рядом.

В 63 г. н.э. по указанию Нерона Понтийское царство было ликвидировано и образована римская провинция Полемонов Понт, который затем вошел в состав провинции Каппадокия. В 70-72 гг. при императоре Веспасиане сюда было дополнительно введено 2 римских легиона с целью создания оборонительного полка. В это же время создается цепь приморских укреплений - Понтийский Лимес. Одним из опорных пунктов его стал Себастополис, упоминание о котором встречаются в нескольких источниках. По-видимому, здесь именно в это время была выстроена римская крепость, в которой был расположен гарнизон (обычно 200-300 легионеров). Укрепление имело форму квадрата со сторонами примерно 80 м и площадью около 1 га.

В 137 г. н.э. в Севастополисе с инспекционной целью побывал правитель Каппадокии Флавий Арриан, который оставил несколько строк об этом в своем Перипле (описании) Понта Эвксинского. По-видимому, свидетельством этой поездки является фрагмент известняковой плиты с остатками надписи, посвященной Арриану.

Раскопки крепости дали довольно богатый материал (обломки керамики и стеклянных сосудов, различных бронзовых и костяных изделий, монет, металлические шлаки и т.п.), который характеризует быт римских легионеров. Разумеется, наряду с укреплением существовал и сам город, продолжавший жить своей жизнью. В это время (II - начало III в. н.э.), как свидетельствуют многочисленные находки трапезундских монет, укрепляется связь Себастополиса с Трапезундом и другими приморскими, городами Понта (Синопа, Амис и пр.).

В 256-276 гг. Колхида и южное побережье Понта подверглись опустошительным набегам готов. Были взяты штурмом Питиунт (расположенный примерно в 70 км северо-западнее Себастополиса по побережью), Трапезунд и многие другие менее укрепленные поселения. Известно, что Фасис готы не смогли взять. Нет также следов пожара и разрушений внутри крепости Себастополиса, хотя, несомненно, готы не обошли его стороной.

После образования византийской империи (330 г. н.э.) внимание к Себастополису не только не ослабевает, но и возрастает. Римский (византийский) гарнизон находился в Себастополисе до 40-х годов VI в. н.э. Себастополис является в это время крупным военным, ремесленным и культурным центром. Крепость была окружена мощными стенами с башнями, на которых стояли метательные орудия, перед стенами шел ров, наполненный водой. Да селение крепость снабжалось водой с помощью колодцев и керамических водопроводов, один из которых шел, по-видимому, со стороны нынешнего сухумского ботанического сада.

Вызывает вопрос судьба греков, населявших Диоскуриаду. Несмотря на несомненную варваризацию, перерыва в преемственности не наблюдается. Население Себастополиса говорило, в основном, на греческом языке, о чем свидетельствуют целые надписи и фрагменты, граффити на сосудах и обломках значительная часть населения была грамотна - в культурных слоях часто встречаются стили - костяные палочки для письма по воску.

От VI в. н.э. сохранились последние значительные сведения о Себастополисе, как о греко-византийском опорном пункте в Колхиде. Прокопий Кесарийский, известный византийский историк середины VI в. н.э. упоминает о Себастопололисе в нескольких местах своих трудов, посвященных в основном времени Юстиниана I (527 – 565): "... приморской же частью... владели римляне ... они выстроили два приморских укрепления, Севастополь и Питиунт, находящихся друг от друга на расстоянии двух дней пути, и с самого начала держали здесь военный гарнизон. В прежнее время... легионы римских войск занимали все местечки по побережью от Трапезунда до страны санигов; теперь же у них оставались только эти два укрепления, в которых еще в мое время стояли гарнизоны" ("Война с готами", VIII, 4, 4).

Но при Юстиниане происходят внешнеполитические изменения, которые снижают стратегическое значение этих укреплений. Дело в том, что в 523 г. самый опасный противник Византии - Сасанидский Иран - окончательно овладевает Иберией, что дает ему возможность через центральную Колхиду и Лазику выйти на побережье в пределы византийской территории. Себастополис и Питиунт не могли рассматриваться как серьезная опора для сдерживания большой сухопутной армии, и поэтому Юстиниан перебрасывает имевшиеся там силы в Юго-Восточное Причерноморье. Прокопий Кесарийский так описывает события: "Персидский царь Хосрой... очень хотел послать сюда персидское войско с тем, чтобы, оно захватило эти укрепления и само заняло их своим гарнизоном. Когда об этом заблаговременно узнали римские солдаты, то, предупреждая врагов, они сожгли дома, до самого основания разрушили стены и, без малейшего промедления, сев на суда и переправившись на противолежащий материк, ушли в город Трапезунд. Правда, они причинили ущерб Римской Империи разрушением этих крепостей, но этим же они доставили ей и большую пользу, потому что враг не смогли завладеть этой страной" ("Война с готами, VIII, 4, 60). Это событие относится к 542 г. Через 13 лет византийцы возвратились в Себастополис. О судьбе последнего мы снова узнаем от Прокопия Кесарийского ("О постройках", 111, 7) "Ныне же император Юстиниан этот Севастополис, который был прежде только крепостью, заново весь перестроил, окружил его такими стенами и укреплениями, что стал неприступным, украсил его улицами и другими постройками; таким обозом, и по красоте, и по величине он сделал его теперь одним из самых замечательных городов". Правда, подтвердить это раскопками пока не удалось из-за недостаточности площади обследованной территории города.

Последнее упоминание о Себастополисе относится к началу XI в. н.э. и содержатся в описании епархии Константинопольского патриарха, где говорится, что "кафедра архиепископа Абасгии есть город Севастополис". К этому времени. город, по-видимому, входил в сферу влияния абхазского царства, что археологически характеризуется значительным присутствием местного этнического элемента.

 

3. От Цхума к Сухум-кале

В дальнейшем город на берегах нынешней сухумской бухты выплывает под названием Цхум в трудах грузинского историка XI века Джуаншера, причем упоминается о разорении этого города в 737-738 гг. арабским полководцем Мурваном-ибн-Мухаммедом. Конечно, это не означает, что уже с этого времени он стал называться Цхумом. Скорей всего новое название он получил после того, как по завещанию царя Абхазского царства Феодосия Слепого страна перешла под управление царя Картли. После объединения грузинских царств Давидом Строителем Цхум, по-видимому, стал одним из крупнейших приморских городов Грузинского царства, а также одной из летних царских резиденций. Именно к XII-XIII в.в. относятся последующие упоминания о Цхуме. От XIII в. дошло сообщение, о том, что царица Тамара летом иногда отдыхала в Цхуме. Об этимологии этого названия и о том, где именно располагался центр этого города (а он мог быть сдвинут относительно первоначального ядра города) - известно мало. Имеющиеся сведения показывают, что Цхум располагался на противоположном от Диоскуриады левом берегу реки Беслетки. Он имел, в основном, деревянные дома, имел пристань неподалеку от Беслетки и там же площадь. Местность здесь образует довольно ровную долину, которая на юге замыкается невысокими горами, на одной из вершин которой находятся развалины замка, называемого ныне замком Баграта. По-видимому, в моменты опасности здесь скрывались правители этих мест - цхумские эриставы Шервашидзе-Чачба.

Но в XIV в. Цхум перестает быть центром эриставства. Стольным городом становится Бедиа. Новый поворот в истории города связан с появлением здесь генуэзской фактории. В результате Цхум очень скоро становится крупным торговым центром генуэзской торговли. Генуэзцы возвратили городу его название, но в новом поздневизантийском звучании - Севастополис, под которым он затем фигурирует в источниках на протяжении примерно 200 лет (на генуэзских картах это название варьируется: Севастополе, Сканосколполи, Сан-Себастьян, Севаст).

Каким образом генуэзцы получили право на основание фактории, нам не известно. Известно только, что право преимущественной торговли на Черном море они получили еще во времена, когда Византия контролировала, торговлю всего побережья Черного моря. Со стороны слабеющей Византии это было значительной уступкой. Именно генуэзская торговля привела к падению византийской торговли в этом районе и существенному снижения поступлений в казну империи. Возможно, в архивах Генуи хранятся более подробные сведения о Севастополисе того времени, но известные документы создают мозаичную картину.

Древнейшее сообщение о присутствии в Севастополисе генуэзского консула относится к 1354 г., но образование фактории относится к более раннему времени; во всяком случае, как явствует из письма католического епископа Петра, отправленного из Севастополиса в Геную, уже в 1330 г. в Севастополисе существовала католическая община. Количество самих итальянцев в городе вряд ли превышало 100-150 человек при общей численности населения в 2000-2500 человек, нет сомнения, что среди торговцев в городе проживали и греки (об этом есть отдельные упоминания), но их количество, по-видимому, было невелико и, вероятно, меньше армян, которые в это время проживали повсеместно от Трапезунда до Херсонеса. Это свидетельствует о значительной ассимиляции греков к этому времени в среде местного населения.

Генуэзские купцы скупали у жителей лес (особенно, самшит), мед, воск, звериные шкуры и т.п... Взамен они продавали оружие, лошадей, продукцию западноевропейских ремесленников, предметы роскоши и т.п. Одним из важнейших экспортных товаров были рабы, которых местные феодалы и их дружинники добывали во время набегов на соседей, а генуэзцы везли их на рынки Золотой Орды и другие невольничьи рынки Средиземноморья.

В ХУ веке Севастополис становится важнейшем портом всего Восточного Причерноморья. Главным административным лицо здесь до середины XV в. являлся генуэзский консул. Особые права, как мы помним, генуэзцы имели и в городах Трапезундской империи. Торговому господству генуэзцев пришел конец только с завоеванием Византии турками.

С этого времени значение города падает. Он подвергается нападениям и постепенно превращается в небольшой поселок. К этому времени относится установление в этом районе и во всей Абхазии суверенитета абхазских князей во главе с Шервашидзе - Чачба. Но постепенно возрастает здесь турецкое влияние. Место итальянских купцов занимают турецкие и другие местные купцы. Предметы торговли остаются прежними: роль рабов, особенно женского пола, в экспорте даже возрастает, поскольку турецкая империя была очень емким покупателем этого рода товара, а кавказские девушки - черкешенки, абхазки, мегрелки и грузинки - славились своей красотой.

У турков город получает название Сухум-кале. Связь названия со средневековым названием Цхум легко прослеживается. Хотя с турецких времен название толкуется как Су - вода, Кум - песок, нельзя отвергнуть и возможность возникновения имени Сухум самостоятельно в турецкой среде, поскольку туркам должно было бы стать известным генуэзское название - Севастополис, а не средневековое - Цхум. Приставка "Кале" обозначает крепость: турки в 1724 г. восстановили и перестроили византийскую крепость, разместив здесь свой гарнизон. Но, судя по воспоминаниям современников, власть турков в Абхазии распространялась только на побережье, не затрагивая внутренних горных районов. Присутствие турков однако сказалось в религиозной области. Часть абхазцев, одними из первых принявших христианство, перешла в магометанство, часть сохранила, приверженность христианству. До сих пор и та, и другая части абхазцев сохраняет устойчивую связь с языческими верованиями предков.

В середине XVIII века в Сухум-Кале жило около 3000 человек. По-видимому, среди них были и греческие купцы, но вряд ли существовала греческая община, своим происхождением связанная хотя бы с Византией.

В конце XVIII века крепость была отобрана у турков абхазцами, и владетельный князь Абхазии перенес сюда свою резиденцию. В 1805 г. владетельный князь Абхазии Келешбей Шервашидзе-Чачба решает по примеру картлийского и мегрельского царей присоединить свою страну к России. Но это удалось сделать только через 5 лет. 17 февраля 1810 г. был подписан манифест о присоединении Абхазии к России, а в июне того же года в Сухумской крепости разместился русский гарнизон. С этого времени город получает название просто Сухум (без современной грузинской гласной "и"). Позже на территории Абхазии и Западной части современной Грузии была образована Кутаисская губерния, не имеющая никаких национальных образований.

Примерно с этого времени царское правительство стало привлекать на эти территории и понтийских греков, селившихся как в Сухуме, так и в других городах Абхазии, в горных районах были организованы многочисленные деревни с греческим населением. Об этом мы подробно говорим в своем месте, а здесь остановимся на дальнейшей трансформации имени города.

После Октябрьской революции 1917 г. в Росcии были восстановлены национальные государства в довольно произвольных границах. С 1921 года возникла ССР Абхазия и Грузинская ССР, как независимые республики в составе СССР. В 1935 г. самостоятельность Абхазии была ликвидирована, и она была введена в состав Грузинской ССР в качестве автономной республики. К этому времени относится последнее переименование города на берегу Сухумской бухты - он получает огрузиненное название "Сухуми", сохраняющееся до сего дня.

Вернуться к оглавлению

Александр Франгуланди. Греки-понтийцы: дорога длиной в 2,5 тысячи лет. Сухум, 1991.


Далее читайте:

Греки, эллинес (самоназвание), народ, основное население Греции и Кипра.

 

 

БИБЛИОТЕКА ХРОНОСА

Редактор Вячеслав Румянцев

При цитировании всегда ставьте ссылку